Category: производство

Category was added automatically. Read all entries about "производство".

Цены производителей растут быстрее, чем ИПЦ. Что это значит для тарифов РЖД?

     Я несколько раз ранее обращался к теме разных видов инфляции (см. например, вот тут пост с данными за 2010-2020 гг). Но в связи с тем, что РЖД сейчас вновь активно обсуждает эту тему, хотел привести тут одно наблюдение.
     Для начала приведу вот такие графики, на которых сравниваются показатели инфляции (ИПЦ, индекс потребительских цен) и индекса цен производителей промышленных товаров (ИЦП). Причём, на первом графике оба показателя приведены в виде "декабрь к декабрю" (более привычном всем, потому что именно в таком виде этот показатель обычно приводится в СМИ, в макроэкономических обзорах и в учебниках по экономике), а на втором те же самые показатели, но в среднегодовом исчислении, которые используются ФАС в формуле индексации тарифов РЖД (эти графики не то, что приведено здесь, не перепутайте, хотя ряды те же, сравнивается другой аспект и они по-другому попарно сопоставлены).


     Не смотря на то, что индекс цен производителей промышленных товаров (ИЦП) растёт чуть быстрее, чем инфляция (ИПЦ), в целом они близки, во всяком сдлучае в долгосрочной перспективе. Задесятилетие ИПЦ и ИЦП, измеренные декабрь к декабрю отличаются на 1 п.п.
     Почему же вдруг снова эта тема стала актуальной? Потому что иногда в краткосрочном периоде разрыв между ними может быть очень велик, и, кажется как раз наступил такой момент.
     В ежемесячном Росстатовском сборнике "Социально-экономическое положение России. Январь-июнь 2021"  (в разделе 4 "Цены" на стр. 135) приводятся следующие данные об инфляции по итогам первого полугодия 2021 г.:



     Инфляция, посчитанная как индекс потребительских цен (ИПЦ)  июнь к декабрю, составила 4,2%, а аналогичный показатель, рассчитанный не для потребительских цен, а для цен производителей промышленных товаров (ИЦП)  составил 19,9%. (Кстати, те же данные об индексе цен ИЦП приводятся в отдельной справке Росстата "Об индексе цен производителей промышленных товаров", она есть на сайте Росстата к в нескольких вариантах - вот первый, а вот второй, а есть ввиде презентации).
     В этих условиях, если бы в формуле ФАС, которая определяет как рассчитывать уровень долгосрочной индексации вместо ИПЦ былИЦП, то РЖД могло бы ориентироваться на темп роста не в 4,2%, а в 19-20%!
     Ради такой прибавки, вполне можно и формулу поменять!
     Впрочем, там всё намного опаснее: ОАО РЖД не просто предлагает использовать ИЦП вместо ИПЦ, оно ещё предлагает использовать "индекс ценового давления" (переименованный теперь в "индекс ценовой нагрузки"), который рассчитывает само и который не рассчитывается Росстатом. То есть РЖД хочет индексировать тарифы на основе данных, которые никто, кроме самого РЖД проверить не может. (Сами сканы письма ген. директора РЖД О.Белозёрована имя вице-премьера А.Белоусова и реакции некоторых участников рынка опубликованы на сайте Vgudok).
     Если отвлечься от конкретных цифр, и вести речь только исходя из общеэкономической логики, то вопрос о том, почему эти предложения РЖД противоречат самому замыслу принципа "инфляция-минус" я писал в июне на сайте журнала "РЖД-Партнёр" (ссылка) и здесь, в блоге (ссылка).
   Резюмировать основное теоретическое возражение можно следующим образом. В случае принятия предложения РЖД де факто будет отменена основная функция и основная идея действующей формулы долгосрочного тарифного регулирования. Цель данного метода тарифного регулирования (долгосрочная формули «инфляция минус» или в европейской традиции price-cap regulation) состоит в том, что бы заставить компанию, которую регулируют снизить издержки до такого уровня, что бы общий темп их роста не превышал среднюю по экономике, а в предложениях РЖД телега и лошадь меняются местами: регулятор должен подстроиться под расходы регулируемого. То есть фактически ОАО «РЖД» забирает у ФАС России функцию по регулированию тарифов и передаёт её себе. Это приведёт к тому, что уровень индексации перестаёт зависеть от эффективности деятельности ОАО «РЖД», что противоречит всей логике регулирования естественных монополий.

Росстат опубликовал справку "О промышленном производстве в I полугодии 2021 г."

     Росстат опубликовал справку "О промышленном производстве в I полугодии 2021 г.". В целом промышленное производство выросло на 4,4 % к первому полугодию 2020 г. (за 5 месяцев прирост был 3,2%). В том числе рост по обрабатывающим отраслям составил (+6,4%), а по добывающим роста нет.
     Добыча каменного угля выросла на 8,4 %, а нефти и газа - снизилась на 2,4%.

Производство грузовых вагонов в РФ в 2019 году

     Росстат опубликовал данные о производстве грузовых вагонов в 2019 г. Всего в 2019 г., по данным Росстата было произведено 79,6 тыс. единиц, что на 15,5 % больше, чем в 2018 году. Как видно из рис.1, это рекордная величина во всей современной истории российского вагоностроения.


Источник: Росстат
Рис.1.

     Ниже, на рис.1 показан вклад основных производителей в итоговый регультат.


Источник: по данным "Промышленных грузов"
Рис.2.


     Ниже в таблице приведено производство по основным заводам, здесь обшая цифра не совпадает с итоговой цифрой Росстата (погрешность 1,3%), но за неимением у Росстата справки производства по заводам, в грубом приближении можно пользоваться и данными "Промышленых грузов".

                                                                                                                                                                                     Таблица
                                                                Производство грузовых вагонов в России в 2019 г., единиц

Источник: "Промышленные грузы"

Промышленное производство в 2019 г.

     Росстат опубликовал справку "О промышленном производстве" по итогам 2019 г. Темп роста по итогам 2019 г. составил +2,4%, что  несколько меньше, чем темп 2018 года (когда было +2,9%, впрочем, после нескольких корректировок), см. диаграмму:


Источник: Росстат

     Если разделить эту 20-летку на две части, то первые 10 лет (с 2000 по 2009) средний темп роста составлял +4,0%, а без кризисного 2009 года средний темп роста (за 2000-2008 гг) составил +5,6%. Что же касается второй 10-летки, с 2010 по 2019 г., то здесь средний темп промышленного оста составил +2,6%.

Промышленное производство в первом полугодии 2019 года

     Росстат опубликовал справку "О промышленном производстве в I полугодии 2019 года", согласно которой промышленное производство за 6 месяцев 2019 г. увеличилось на 2,6% (в 1 квартале было +2,1%, во 2 квартале +3%).
При этом, добыча полезных ископаемых выросла на 4,0%, а обрабатывающие отрасли выросли на 1,9%.
     Любопытно, что добыча угля снизилась на 0,6% к показателю первого полугодия прошлого года, а объём погрузки на железную дорогу снизился на близкую величину - на 0,4%. Таким образом, статистика добычи угля вполне согласуется со статистикой перевозок.
     Кстати, производство грузовых вагонов в РФ в первом полугодии выросло на 17,5% по сравнению с первым полугодием 2018 г.

Коммерсант: "Чем грозит российским производителям избыток угля на европейском рынке"

     В "Коммерсанте" от 05.07.2019 г. опубликована статья Е.Зайнуллина, Н.Скорлыгиной, А.Веденеевой и Н.Обелюнас "Замкнутый многоугольник. Чем грозит российским производителям избыток угля на европейском рынке".

     "Последние три года цены на уголь в Европе и в Азии росли, что позволяло российским производителям ускоренно увеличивать экспорт. С 2015 по 2018 год цена в Азию (FOB Восточный) выросла с $66 до $105 за тонну, в Европу (FOB Рига) — с $56 до $86. (...) Но уже в конце 2018 года цены в Европе стали резко падать, в июне опустившись ниже значения 2015 года, до $49,3 за тонну, дешевле уголь стоил несколько месяцев в 2016 году, а до этого — в 2003 году. Представитель крупной угледобывающей компании отмечает, что падение цены было ожидаемым и даже, возможно, запоздавшим. «Циклический спад является обычной, нормальной частью работы ресурсного сектора»,— говорит он. (...) Основными причинами падения стали низкие цены на газ, стимулирующие перевод на него электростанций, теплая зима, растущая плата за выбросы CO2 в Европе и замещение угольной генерации возобновляемой. Падение цен мало затронуло коксующиеся угли, которые используют металлурги (...).
     Положение российских угольщиков дополнительно осложнило закрытие рынка Украины. По данным департамента угольной промышленности Кемеровской области, в 2018 году Кузбасс экспортировал на Украину 8,27 млн тонн энергетических и коксующихся углей, за четыре месяца 2019 года — 2,06 млн тонн. А в апреле власти РФ ужесточили ограничения поставок, разрешив отгрузки угля только с санкции Минэкономики. (...) По мнению собеседников “Ъ” на рынке, в ближайшие несколько лет сокращение импорта угля в Европу будет полностью нивелировано ростом закупок со стороны Индии, Вьетнама, Пакистана, Малайзии и других азиатских стран, где относительно недавно были введены большие мощности по угольной генерации. При этом существенного роста добычи в отрасли не ждут — негативные тенденции привели к сокращению инвестиций, и число новых угольных проектов в мире невелико. Более того, текущий кризис может с некоторой задержкой привести к снижению добычи
".




  

О производительности труда в угольной отрасли и не только

     "Несмотря на то, что с 2000 года производительность труда в российской угольном секторе была увеличена (...), его уровень все еще намного ниже, чем у австралийских и американских коллег. Согласно данным IEA [федеральный орган в США, занимающийся статистикой и анализом в области добычи угля, нефти, газа и др. вопросов энергетики], в 2017 году в США ежегодная добыча угля, приходящаяся на одного работника, составляет 12,7 т, а аналогичный показатель в России всего 2,9 т. [имеется в виду тыс. тонн, -по видимому в журнале опечатка -f_h] Если производительность труда в России будет расти, как и раньше, в среднем на 9% в год, тогда потребуется 17 лет, чтобы достичь уровня угольного сектора США" - пишет в статье "Increasing Russian Coal Exports: The Challenges" в журнале "Dry bulk" Наталья Маркова.

     И это ещё с учётом того, что после распада СССР, и проведения рыночных реформ в угольной отрасли прошли масштабные изменения, в процессе которых производительность труда увеличивалась. Как пишет Кирилл Родионов, "1993-2006 годы доля частных шахт в угледобыче увеличилась с 5,5% до 99,9% (здесь и далее - подсчеты агентства «Росинформуголь»), при этом было закрыто 188 шахт и 15 разрезов. За эти годы было высвобождено более 200 000 шахтеров и еще свыше полумиллиона работников социальных учреждений (детские сады, санатории), с советских времен находившихся на балансе угольных предприятий".
     И действительно, в монографии И.С.Кожуховского "Реструктуризация угольной промышленности" (М., 2003), в главе 4, посвящённой итогам реформ отмечается: "выработка на одного рабочего увеличилась с 912,2 тонн на человека в 1985 году до 1222,7 тонн на человека в 2001 г. Такого уровня производительности не было за всю историю существования угольной отрасли в СССР".  (В обзоре 2003 года от Всемирного Банка для 2001 года приводится немного другой показатель (в табл. 3.1. на стр.7)  - не 1222,7, а 1517,2, но динамика тоже впечатляющая: с 788,5 в 1993 г. до 1517 в 2001).
     Таким образом, к вопросу о сравнении производительности труда при социализме и при капитализме, о которой сейчас вновь спорит общественность (в частности, на дебатах, между Ватоадмином и К.Сёминым, о том - является ли социализм светлым будущим или тёмным прошлом), можно добавить небольшой факт: за время рыночных реформ производительность труда выросла существенно (на 34% по данным Кожуховского к 2001 г. относительно 1985 г.), но пока остаётся в 4,4 раза ниже, чем в угольной отрасли США.

     Впрочем, справедливости ради необходимо отметить, что подобный разрыв в производительности труда характерен не только для угольной отрасли.
     Как отмечается в докладе ВШЭ "Состоится ли новая модель экономического роста в России?", опубликованном в 2013 г., средняя производительность труда в российской обрабатывающей промышленности в 2005-2006 гг. была примерно в 3 раза ниже, чем в ЮАР, в 2 раза ниже, чем в Польше, в 1,5 раза ниже, чем в Бразилии и, лишь совсем незначительно превышала уровень этого показателя в Китае. С другой стороны, в этом же докладе отмечалось, что за этой "средней температурой по больнице" скрывается довольно сильная дифференциация как между отраслями, так и внутри отраслей- между отдельными предприятиями. Например, в транспортном машиностроении разрыв между 20% лучших и 20% худших предприятия был 11-кратным, в лёгкой промышленности - 16-кратным, а в деревообрабатывающей и пищевой - 24-кратным. То есть, отрасль в целом могла быть не слишком конкурентоспособной, но, при этом отдельные предприятия могли иметь эффективность и производительность на уровне -как говорится - "лучших мировых образцов".

Промышленное производство за 4 мес. 2019 года

     Росстат опубликовал справку "О промышленном производстве в январе-апреле 2019 года", согласно которой в апреле произошёл резкий скачок промышленного производства (+4,9% к апрелю прошлого года).
     В итоге, промышленное производство за 4 мес. 2010 г. выросло на (+2,9%), в т.ч. добывающин отрасли выросли на (+5,1%), а обрабатывающин - на (+2,2%). Любопытно, что обеспечение электроэнергией и кондиционирование, которое обычно растёт при промышленном росте, снизилось (в денежном выражении) снизилась на 0,9% к 4 месяцам прошлого года.

     Там же, на сайте Росстата, опубликована любопытная справка "Важнейшие экономические показатели России и отдельных зарубежных стран", в которой, помимо прочего, есть вот такой график темпов прироста ВВП по разным странам, в котором есть и развитые страны (которые, как известно растут более скромными темпами, поэтому их не всегда можно сравнивать с развивающимися) и собственно  развивающиеся (в их число входят такие государства как Китай, Россия или Индия).


     Любопытно, что темпы роста в остальных "собратьях" России по экономическому развитию - развивающихся странах- несколько выше: (+6,6%) в Китае, (+7,4%) в Индии.

Промышленное производство в 2018 г.

     Росстат опубликовал справку "О промышленном производстве в 2018 году". По итогам 2018 г. темп прироста промпроизводства составил (+2,9%) к прошлому году, в том числе рост добычи полезных ископаемых (+4,1%), а рост обрабатывающих производств (+2,6%).
     В долгосрочной перспективе (за 18 лет) картина выглядит так (пунктир-линия тренда).