f_husainov (f_husainov) wrote,
f_husainov
f_husainov

Берег утопии

   Только что пришёл из РАМТ. Посмотрел сегодня (26.02.11 г)  "Берег утопии".
Нахожусь под сильнейшим впечатлением от спектакля (точнее - трилогии, которая началась в 12:00 и закончилась примерно в 22:30).
  Первый раз я услышал про "Берег утопии" не то в 90-е, не то в начале 2000-ых, когда в какой-то из телепередач прошёл репортаж о том, что где-то в Великобритании репетируют пьесу Стоппарда про русских социалистов - Герцена, Бакунина, Огарёва. Потом сказали, что пьеса не совсем про социалистов, а про эволюцию взглядов части революционного движения и шестидесятников 19 века и назвали имена остальных героев пьесы - Белинский, Чернышевский, Тургенев, Чаадаев, Аксаков, кружок Станкевича. И название тогда прозвучало "Берега утопии". А я как раз в то время только-только прочитал "Былое и думы" Герцена и книжку И. Паперно "Чернышевский - человек эпохи реализма", (которая во многом заставила меня переоценить Чернышевского и изменить мнение, сформировавшееся под впечатлением набоковского "Дара") и что-то ещё про эту эпоху.

  И я подумал, что увы, - в России проблематика шестидесятников никому не интересна и вряд ли эту пьессу
когда-либо поставят в России. Спустя несколько лет вышла книга и я подумал, что
раз не суждено посмотреть пьесу, то хотя бы прочесть книгу.


  И вот теперь - мне посчастливилось посмотреть эту пьесу.

  И вдруг я поймал себя на мысли, что пьеса, которая в 90-е  году казалось мне неактуальной - актуальна до газетности. Оказалось, что спор, которые ведут западники Тургенев и Герцен как между собой, так и со славянофилами (в спектакле довольно точный, хотя и чрезмерно пародийный шаржированный Аксаков в косоворотке ничем не отличим от какого-нибудь современного почвенника, типа Егора Холмогорова) до сих пор - всё те же и всё о том же.

  Умеренный Полевой, который радуется тому, что он единственное более-менее свободное СМИ в Росии и связывающий надежды с тем, что царь его журнал прочитает и будет проводить реформы сверху, и какой-то персонаж (я не помню - кто именно), который на вопрос Герцена о том, кто будет делать реформы, отвечает, что власть хоть и ужасна и деспотична, но возможно пригласит либералов для проведения необходимых реформ.

  Радикальный Бакунин, который готов разрушать отвратительный режим (естественно звучит его афоризм про "творческую страсть") и на вопрос скептичного Герцена "а что делать потом?" не знает ответа. И надежды Герцена, что после смерти Николая I новый монарх проведёт необходимые реформы "сверху". В общем, всё то,
о чём спорят сегодня Радзиховский, Немцов и Лимонов, о том же спорили интеллектуалы - шестидесятники. Причём все эти споры идут на фоне коллизий яркой личной жизни героев.

Фантастически яркий Белинский (нервный, кашляющий, больной, утверждающий, что «в России – нет литературы») в исполнении Е. Редько с абсолютно гениальным и абсолютно современным монологом про роль литературы при деспотичном режиме ("у нас нельзя говорить про свободу, которой нет, нельзя говорить про политику которой - тоже нет, литература - единственное место, где можно говорить о том, что волнует"). Фанатичный Чернышевский и дальнейшая радикализация движения. И мудрый либерал Тургенев, выглядящий немного беспринципным в глазах всё более радикализирующейся молодёжи.
Пожалуй, один из самых интересных и актуальных виденных мной спектаклей.
Причём актуальность эта не сиюминутная (как лозунг "Англия для англичан" пару недель назад в "Трёхгрошовой опере" по Брехту в МХТ им. Чехова), а какая-то пугающе вечная. И прото-либерал Герцен попадающий в сети антибуржуазности и любви к общине (хотя автор попытался чуть смягчить антибуржуазный пафос позднего Герцена) и иллюзии Бакунина и Огарева по поводу народных восстаний (Тургенев ехидно говорит о французах "Ну вот они избрали парламент, он им не понравился и они снова пошли его штурмовать, это же - не порядок. Порядок -
когда скучно работают парламент, полиция суд, но для радикалов - это слишком приземлённо").

  Причём эволюция философского и политического мировоззрения героев показана на фоне их довольно сложной личной жизни (там, например жена Огарева была любовницей его друга и товарища по революционной деятельности Герцена, а любовница Огарева в качестве компенсации получала от Герцена оплату жилья для себя и сына Огарева),показанной зачастую с юмором и иронией. Фантастически сильный образ Белинского получился. А его
монолог про деспотию, при которой отсутствует свобода, отсутствует политика и литература является единственной отдушиной вызвал долгую и бурную овацию.

  Значительная часть зала был народ студенческого возраста, поэтому я не знаю насколько понятны были некоторые фразы, но это отдельное удовольствие, - ловить фразы и узнавать по ним персонажей и события. Когда один из героев говорит, что сюда сейчас придёт человек, который написал одну статью, которую на редактор журнала Телескоп хочет напечатать и если он её напечатает, то одно из двух -- либо журнал закроют и редактора уволят либо мы войдём в историю. И сразу понятно, что речь идёт о Чаадаеве, поскольку герои пьесы ещё не знают, а мы - зрители - уже знаем, что после этой статьи журнал закроют, редактора и цензора уволят, Чаадаева объявят сумасшедшим и по указанию Николая-1 отправят под домашний арест, но эта статья будет точкой отсчёта для всей российской социально-философской и политической мысли на следующие - как минимум- 200 лет.
  Аналогична встреча Тургенева с нигилистом – прототипом Базарова (Д.И. Писарева в спектакле нет, но случайный встречный, названный в программке «Нигилист» говорит про то, что хороший слесарь гораздо полезнее Пушкина, что, в общем прямая отсылка к Писареву).
И ещё, в спектакле хорошо показано, что если власть не делает тех реформ, в которых ощущается потребность, то оппоненты власти, оппозиция постепенно радикализируются и на смену фрондирующее либеральному Тургеневу и эволюционирующему от социалиста к либералу Герцену приходят абсолютно отмороженные радикалы, типа Чернышевского (который призывает «делать революцию не пером, а топором») или С.Г. Нечаева, практиковавшего революционный террор с убийствами несогласных внутри своей партии. Самого Нечаева в спектакле нет, но есть такой персонаж, как Сазонов, который говорит, что народ, который не понимает своего счастья спрашивать не нужно а делать революцию не оглядываясь на его мнение. «А что Вы будете делать с теми, кто за Вами не пойдёт?» спрашивает Сазонова Герцен. В ответ Сазонов выдает теорию о том, что революция должна быть не народной, а источником революции должна стать «сплочённая группа профессиональных революционеров». На что Герцен замечает, что между консерваторами и радикалами гораздо больше общего, чем принято думать. «На самом деле – говорит размышляя вслух Герцен – радикалы – это просто разочаровавшиеся консерваторы».
Одна из важнейших тем спектакля –либералы между консерваторами и радикалами. С одной стороны они сознают, что власть не просто неправа, но и глубоко противна им, с другой – радикалы кажутся им зачастую отражением власти. И жалко, что в спектакле не прозвучали слова Герцена из его работы «С того берега», где он пишет (задолго до 1917 г), что «Социализм в России победит не потому, что он прав, а потому, что его противники слишком не правы».
Одним словом – 150 лет прошло, а споры в России – всё те же.
Tags: Заметки, Рецензии, Театральное
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments